Во время отлива они собирали ежей,
Морских, разумеется. Чайки над ними кричали.
Огромные камни шептали о чьей-то печали,
А ветер обычный казался немного свежей.

Они целовались, смеясь, по колено в воде.
А мыс Великан всеми гротами им улыбался,
Хотелось ему закружиться в чарующем вальсе
С волной легкомысленной, где-то в счастливой мечте.

Им море бросало под ноги игривых медуз,
Но тех не возьмёшь, просочатся обратно сквозь пальцы.
Плывите в глубины, прозрачные вольно-скитальцы!
Солёные брызги летели на свитер, картуз.

Знакомые звали рыбачить на местный ручей
Иль мелкую речку, где рыба рукой достаётся.
Набрать бы в пути очень вкусной воды из колодца!
Они помахали теням грузовых кораблей

И двинулись в путь. …На привале, под сочный шашлык,
Особенно льются рассказы о встречах с медведем,
О бункерах, шахтах заброшенных, сопках и следе,
О тех, кто маяк в прошлом веке чудесно воздвиг

(причём не один). О лавинах, горах, сивучах,
О том, что остались еще грязевые вулканы,
О том, что село Стародубское -- берег янтарный.
Что жизнь, как не спорь, заключается вся в мелочах.

Казалось, что ветер принес аромат черемши.
На дождь затянуло. Спасала от капель машина.
Ничем не испортишь суровых красот Сахалина,
Он, в нас прорастая, становится частью души.