С какого ракурса ни глянь –
всё петербургские разводы,
в канавках сцеженная всклянь
вода небесная. Народу
уже не до прорех в углах
(о бедных людях пишет Фёдор)...
Фонарный отсверк слаб и чахл
в дождливом зареве. Распродал
погодный чин последний скарб,
скорбеть ему не по уставу.
Захлопнул двери антиквар,
на Графской – дом в подтёках ржавых.
Через дорогу светофор,
напротив эркера мигает;
гостящим это – явный вздор,
а старожилам помогает
припомнить прошлого роман
и архетипы бывшей веры...
Но снова ливень графоман
строчит изрядно и без меры.