На бельевом неглаженом холсте
Я нарисован парой складок - глаз и ухо;
Непостижимый горизонт молочных стен,
И надоедливая муха,
И рука,
Бездумно теребящая подушку -
И детство, и отрочество моё:
Не оттого ль душа поёт,
Что мне спасать не нужно эту душу?
Услышать раз,
Два раза посмотреть -
И даже не понять, откуда смерть
Протянет руки, встряхивая простынь;
Не зная ни сомнений, ни вопросов,
Моя вот-вот на небо отлетит
И ляжет тенью в потолок белёсый.
Ты мечешься - ни мертвый, ни живой;
Твою вот-вот накроют простынёй.