В пижаме цвета маршмэллоу спит моя девочка легка, как мотылёк на шторке дома от дуновенья ветерка.
Под прядью ушко-каппеллетти, в румяных розах бархат щёк, и, как шекспировской Джульетте, ей нет шестнадцати ещё.
Над бра картина из Вероны, на бра болтается помпон, под бра у книги электронной зарядно-пикселевый сон.
Она сейчас читала Остин, предубедительно-горда. Лежит огрызком на подносе её фруктовая еда.
Не буду спрашивать у гугла, как не свихнуться по часам, когда она не просто кукла, а кукла в стиле "сам с усам". И ей тесна коробка граней, и взгляд на вещи вводит в шок,
но утром сонно липнет к маааме и так целуется смешно.
Ей понравилось очень, Юр) Кстати, она меня всегда поправляет, когда говорю – стих, а не стихи/стихотворение, ведь стих – это одна строчка, так их на литературе в школе учат) "Что такое каппеллетти?" – первая реакция) "О, моё ушко – пельмешек, как мило, ыыы..." – вторая)) "У маршмэлоу какое ударение, хм?" – третья)))
Кстати, она меня всегда поправляет, когда говорю – стих, а не стихи/стихотворение, ведь стих – это одна строчка, так их на литературе в школе учат)
"Что такое каппеллетти?" – первая реакция)
"О, моё ушко – пельмешек, как мило, ыыы..." – вторая))
"У маршмэлоу какое ударение, хм?" – третья)))