Воет метель заговорами на беду -
Жадно чума собирает людскую мзду,
В глину кладёт не взирая - кто стар, кто млад,
Не сосчитать на студёной земле заплат...

Крошечный домик на грани добра и зла –
Травам и зельям воистину несть числа.
Собраны/сварены в засуху куцых лет,
Дабы не дать им в осенней земле истлеть...
Мёртвыми зимами дышат угли́ в печи.
Сколько молитвы иконам ни лепечи –
Мутен рассвет и морозяще - крут закат,
Бледные руки берёз на ветру дрожат,
С хрустом ломаются, плотью вскормив огонь
В тихом приюте от долгих ночных погонь.
Брошен в очаг можжевельник, горит шалфей –
Благоухающее аutodafé.

Чёрным по белому пишет посланья ночь -
Все эти зелья могли бы тебе помочь,
Все эти травы могли бы тебя спасти...
Только закрыты навеки сюда пути.

Слухи ползут по деревне, как хворь худы:
Если пойдёшь - до полуночи жди беды.

Мать говорила, что был, мол, один смельчак -
Вышел на поиски в чащу и там зачах,
После пришла в наши земли лиха чума -
Так что не вздумай ходить проверять сама.

Вьюга заноет, развеяв надежду в прах -
Страхом и болью твой дом до нутра пропах.

Тихо поплачь и ложись, помолившись, спать.
Тихо мольбы у иконы бормочет мать,
Тихо сгорают берёзы, делясь теплом,
Тихо стирается грань меж добром и злом. ..