На темном небе бледный профиль давно не стриженной овцы, Но это явно пофиг профи, устроившим наземный цирк. У них профессия такая – смешить толпу любой ценой, Ее привычкам потакая. И нет профессии иной, Настолько же полезной людям, когда они поели всласть И возжелали, без прелюдий, на представление попасть.
Гудит и светится арена, слоны танцуют, львы рычат. А на трибунах непременно навалом деток и внучат. Они смеются до упаду, а взрослые кивают в такт. И все всему как будто рады, но что-то все-таки не так...
Ученый волк в овечьей шкуре ведет ягнятам малым счет, И каждый первый клоун курит, а после злую чушь несет. Наездник лошадью потерян - слегка зевнул на вираже, И вот выходят в люди звери, без дрессировщика уже. Канатоходец на канате по-прежнему бесстрашен, но Притихший зритель шепчет: «Хватит! Уже не очень-то смешно.»
Но цирк уняться не желает, манеж поставив на попа. Дрожит от страха неживая и очумевшая толпа. И лишь один администратор как слон доволен неспроста – С лихвой окупятся затраты на все продажные места.
В сухом остатке – давка в пробке, и нервный тик, и кожный зуд... И овцы сверху смотрят робко, Как волки шастают внизу.
