На рыбалку, на рыбалку, на рыбалку, на рыбалку,
на рыбалку мы сегодня собираемся, мой сын:
солнца диск — небесный орден,
лунный блеск – на ловлю ордер.

Бережок у преисподней,
в травах — капельки росы.

Приготовься к встрече с рыбой, будь приветлив, не надмен,
ведь на месте жертвы ты бы, видя сети, жабры вздыбил,
так как, суша – злая дыба, даже к тем, кто зол и смел,
даже если зубы-сабли – убоишься гарпуна.

Нам сегодня на кораблик, повторяй же:
— КриблеКрабле!..,
чтобы – брызги, струйки, капли…

Жизнь — волшебная страна.

Смерть – начало новой жизни.

Между ними — наш улов.

Где уловленный нанизан — там уловленный изгрызен,
время – это башня Пизы, наклонилось будь здоров.

Наклонилось — не упало, не упало – не позор,
чтобы небо было алым — мы с тобой внутри мандалы,
двуединые, как жало – Рыбаки и Рыбнадзор.

На рыбалку, на рыбалку, на рыбалку, на рыбалку,
на рыбалку мы сегодня собираемся малыш.
Спит магическая нега, ждёт застенчивый эгрегор,
бытие – конструктор «Lego», наши мысли: тыщ-пыщ-дыщ.

Наши руки — это верви, и длинны и хороши.
У судьбы – «простой», поверь мне,
все сюжеты в постмодерне льют космические спермы
там где нет для снов межи.

Нет границ и нет законов — только импульс слов иных:
соловьиных, заоконных, флажолетно-обертонных;
в мир пластмассово-картонный уходящий словно в жмых.

Потому-то, оттого-то на душе царит экстаз
будто нет иной заботы для анода и катода,
словно в спину дышит кто-то, предлагая идиоту
получить билет на Марс.

Это Илон Маск.
А мы же ставим сеть в пруду земном,
мы — к земной воде поближе.
Эх, и не нажить бы грыжу,
сколько рыбы валит иже,
чтобы множиться на ноль.

На рыбалку, на рыбалку, на рыбалку, на рыбалку,
на рыбалку мы сегодня собираемся, мой сын:
солнца диск — небесный орден,
лунный блеск – на ловлю ордер.

Бережок у преисподней.

…мене, текел, упарсин…