Над лентой тропинки, плутающей в просеках,
над медленным черным ручьем
затихли леса, осененные осенью,
вкусившие горечь ее.

Деревья вздымают высокие факелы.
Лучи паутинок повисли.
И желуди желтыми каплями падают
в ладони морщинистых листьев.

Дыхание осени волосы трогает,
звенит, заблудившись в сухом камыше,
и что-то огромное, что-то огромное
свершается молча в душе,

и неуловим этот миг, когда розовый
кленовый листок вырезной
скользить начинает по чистому воздуху,
как санки с горы ледяной.