Звучали из «Яузы пятой» Володи Высоцкого песни.
Студенты - народ небогатый. В общаге наш кубрик двухместный.
Учился игре на гитаре. Витёк был к процессу причастен.
И я, словно в связке - с ним в паре, в ученье напорист и страстен.

Послали в колхоз на уборку. Пел вечером песню девчонке,
про «Тау-Китайские» тёрки. И с местными были разборки.
Гитара была аргументом. Была. Разлетелась на части.
Потом, чтоб назвать инструментом – собрал и заклеил. Я ж - мастер!

Подался в клуб авторской песни и понял - вокруг самородки!
Мне замыслы их интересны, и новые слышатся нотки.
Но взявши туристскую тему вновь пели: «Весь мир на ладони!»
И снова решали дилемму по снегу летящие кони.

Талантлив Высоцкий Володя. Ведь сколько ролей, сколько песен!
И вдруг некролог. Скорбь в народе: он умер. И город стал тесен.
Москва провожала поэта. Но слово его не остыло,
как кровь оно - красного цвета и правды в нем горькая сила.

Девятый день. Снится Володя. (И в клубе у нас посиделки.)
С гитарой. И сломана вроде.
- Чини, тёзка, ты ж - «самоделкин»!
Такая вот, братцы, картина. Поэт – он как родственник кровный.
По струнам судьбы – гильотина. И колокол стонет церковный.
25.01.18