Снова в осеннем лесу вернисаж многоцветия,
листья в обнимку с ветрами – прощанье без слов.
Сотни цветущих тропинок, что видел на свете я,
в жёлтую слиты под сводом лесных куполов.

Как на ладони дорог моих светлые линии,
где в безнадёге изгои – лукавство и месть;
верил, прощал, но не спутал ли гордость с гордынею –
тёмных прожилок на пройденных тропах не счесть.

Выведи, Боже, о сила небесная, вывези
из западни безоглядно сожженных мостов.
Пусть и невзгоды былые, что с прошлым на привязи,
ринутся снова по этим мостам – я готов.

Только бы вновь по тропинкам извилистым об руку,
вместе от ливня укрывшись болоньим плащом,
лишь бы понять по плывущему светлому облаку –
в мире ином я ушедшими тоже прощён.

Шелестом лёгким невзрачной ольхи дай видение;
или печальному старцу вручи письмена,
он не солжет, ведь и сам проходил искупление,
странно созвучны порой у грехов имена.

И за ошибки, прошу, Ты прими покаяние,
в волнах сомнений тону, словно сам себе враг,
было ли это всегда только плодом незнания,
Боже, прими, даже видя, что это не так.