Кто взвесит нас на весах
грехов и отчего гнева?
Там справа древо и сад,
и гирьки яблочек слева.

Ещё бездетный Адам,
ещё невинная Ева -
страсть к санкционным плодам
и ценник справа налево.

Венок из трепетных роз
шипами острыми жалит.
И кровоточит вопрос:
неужто рая не жаль им?

И выжжен честный ответ
клеймом в злопамятной коже.

И смерти словно бы нет.
И жизни, кажется, тоже.