Грейся, грейся, туманный месяц,
мёрзни в проруби, волчий хвост.
Не плошай, на себя надейся,
если тянешь хвороста воз.

А возница-то – худосочна,
не богиня, не дочь Наяд.
Но в студёную пору – точно –
силы копия точ-на-я.

Мокрый снег залипает обод,
рвёт застёжки тугая грудь.
Задыхается, смотрит в оба:
где пенёчек, чтоб отдохнуть.

Вот один – под зипун прогнулся,
за версту – вереница изб.
Не ругай мужичонку, Дуся:
он ушёл побеждать царизм.

Он вернётся, а с ним и лошадь,
разместится в селеньи полк.
Добрый молодец твой – хороший,
только маленький – с ноготок.

…Без труда из пруда – не рыба, –
мелочёвка: плотвичка, ёрш.
Дуся – камень, скала и глыба.
Где такую сейчас найдёшь?

Да и Царь уж другой, надёжа:
по квартирам сидят полки.
Держат, молодцы, полулёжа,
мироздания потолки.

Ты не злись, мужичок, не дуйся, –
я – без умысла, божезбавь!
…Тащит хворост по снегу Дуся,
чтоб согрела тебя изба.