Когда дорога осознала, что - конец, (Черт побери, укроп! Черт побери, подсолнух!), Она окуклилась. И грустный цвиркунец Ее отпел. Потом - себя и Солнце. Потом, когда во сне упал инжир И жизнеутверждающие глюки Нахлынули, он понял, что дожил... Нашел небес пристрелянную руку, Простреленную, теплую еще... И прыгнул на ладонь: "Сожмись немного, Неважно - кулачище, кулачок. Нас не найдут: тебя, меня, дорогу. Но нам звенят, осыпавшись в сугроб, Подсолнух и укроп".
