Из миллиардов цветков выбирая,
летит пчела,
или садится усталая птица
на нужный сук;
я прикасаюсь к сердцам людей,
на которых обречена,
я оставляю улик предостаточно
щедро на Божий Суд.
Что же ты дразнишь меня, наваждение,
голосом от него?
Это, как норов, цепями закованный,
женская суть в узде.
Звёзды таращатся сине-зелёные
в чревах небесных нор,
в мягкой траве я лежу и смотрю на них,
помня, как ты был здесь.
Из миллиардов цветов выбирая,
тонет пчела в амбре,
я закрываю глаза и слова твои
долго губами мну,
будто олениху нежит соломинкой,
шкуру лаская, Брем.
Словно застыли в янтарной смоле
ящерки тех минут.
Пьяная выберусь я из цветка, медовый
настой неся,
или взлечу отдохнувшими крыльями
в поисках высших нот,
или в траве утону бархатистой
оленихой на сносях,
я буду с тобой.
Всё неминуемо произойдёт.