Ладо мой... я ночами почти не сплю, слишком душен июль и луна светла, жизнь моя поместилась не в номер люкс, не в бревенчатый флэт на краю села, не в хоромы столичной пустой судьбы, не в шатры заграничных путей-дорог. Вдалеке вереницы твоих рабынь шла не та, о которой ты бредить мог. Дико роза цвела и давала сок, кто касался, не верил своим глазам, и сходили с ума, и впадали в сон, или жадно тянулись цветы срезать, но шипы рвали кожу, впивались, жгли. Столько сильных убил её нежный яд. Как в ладони твои поместилась жизнь, над которой всевластна и правна я? Как по-ангельски чистый твой взгляд, чуть что, стоит ветру коснуться, гудит огнём? Говоришь одно слово и мир прощён, обогрет, успокоен и оголён, просто слово, и в сердце летит разряд, и штормит от любви океан времён. Ты укрылся с одной из шахерезад в одиноком романе из двух имён. Ладо мой, нас несёт в глубину эпох, где планеты давно не встают в парад. Я ночами не сплю и цветочный бог напускает на город немых цикад. До тебя ещё десять ночей и дней, нерассказанной сказке пора домой, ей теперь нет конца по твоей вине,
