Литсеть ЛитСеть
• Поэзия • Проза • Критика • Конкурсы • Игры • Общение
Главное меню
Статистика
Онлайн всего: 7
Гостей: 3
Пользователей: 4
Встреча
Рассказы
Автор: Виталий_Юрьев
1.



Вагон трясло. Ручку двери дергали уже в который раз, но Егор всё мешкался перед зеркалом, с гребешком в руке, внимательно разглядывая лицо и волосы. Тщательно умывшись и почистив зубы, уже, кажется, готов был покинуть туалетную кабинку, однако камнем преткновения внезапно стала причёска. Возник вопрос - стоит ли ему зачесаться на бок, или аккуратно выпрямить чёлку на лоб, либо просто оставить возникший после сна художественный беспорядок?

Обдумывая закавыку, натянуто улыбнулся пару раз отражению, пытаясь запомнить длину усмешки. Дело в том, что слева вверху у него недоставало одного зуба, а справа внизу - другого. Возникла необходимость немного потренироваться - как бы повыгоднее приоткрывать рот.

- Эй, кто там? Отворяйте уже!

- Да-да, пару минут!..

Егор начал огорчаться и злиться. Было совершенно ясно, что всё это ни к чёрту не годится. Как ни крути, лучше, чем есть, представить себя не удастся… В конце концов, он сбрасывал Алине кое-какие фотографии… где получился поудачнее и выглядел помоложе. То, что внешность у него не слишком притягательная - ей, в целом, известно.

Однако, что ни говори - беда, конечно. Как-то совершенно он не похож на свои стихи. Вот, даже - ни чуточки!

Всё-таки одно дело - безликий виртуальный персонаж, обладающий симпатичной аватаркой, имеющий определённый вес в привычной немноголюдной среде, вполне уважаемый автор и критик. А другое…

«Взбодрись, дружище! - попытался уговорить себя. - Ты не просто парень с улицы, но автор «Творения», и массы других классных вещей».

Не помогало. В виде успокоительной мантры принялся крутить в голове строки, посвящённые Алине:

«И насытив бутон стынью инея,

нареку тебя - белой лилией».

Что?.. Насытив?! Разве так? Разве он использовал именно это слово? И, потом, - стынью?.. Что-то не то. Он же ещё далеко не пятидесятилетний дядечка, чтобы так пафосно выражаться. Нет, нет. Там звучало как-то иначе - более тонко, нежно. Ведь и Алина сама по себе - тонкая, нежная, красивая… И, конечно же, в стихи, посвященный ей, он вложился основательно, стараясь передать всю изысканность чувств и переживаний, которые она в нём вызывала...

Сколько Егор ни пытался - напялить на себя почтенный виртуальный образ ему не удавалось. Разглядывая в зеркале суетящегося мужчину - видел практически самозванца.

Чтобы хоть немного приободриться, попытался вспомнить какие-нибудь другие строки. Были ведь у него первостатейные тексты, даже, пожалуй, ещё более изящные и пронзительные…

Но отчего-то ничегошеньки не мог сообразить. Кроме: «насытить, стынью…», в голову ни шиша не приходило.

- Гражданин, - голос из-за двери прозвучал очень грубо и уверенно. - Если вы тотчас не откроете, я открою сама!

Это уже явно была проводница.

- Да! Ещё буквально минуточку!..

Медлить далее было невозможно. Привычным движением провел несколько раз гребешком слева на право, делая косой пробор, неудачно выявивший довольно заметную уже пролысину. Жутко этим фактом огорчённый, на ходу прореживая и взбивая толстыми пальцами приглаженные волосы, поспешно распахнул дверь.

- Простите, - растерянно произнёс собравшимся хмурым лицам.

Обтёр внезапно вспотевшее лицо уголком висевшего на шее вафельного полотенца.

- Вот, бедняге, придавило… - хохотнул некто, затерявшийся на заднем плане.

Вжав голову в плечи, прошмыгнул вдоль собравшейся небольшой очереди, поспешно скрываясь в купе.



2.



В начале девятого Егор стоял на довольно пустынной центральной площади, рядом с огромным памятником - выбранным Алиной ориентиром для встречи. Рассеянно наблюдал голубиное крохоборство, иногда поглядывая по сторонам, пытаясь угадать - с какой стороны объявится женщина.

Грузное солнце только-только возвысилось над обрамляющим площадь монументальным университетским корпусом. Не успевший ещё прогреться сентябрьский воздух оставался освежающе прохладным. Дышалось легко, а это немного помогало справиться с волнением.

Осматривая высокое, подёрнутое тончайшей дымкой перистых облачков, блекло-голубое небо, Егор не сразу заметил, как рядом возникла фигура женщины.

- Егор? Привет, - окликнула его Алина.

Несмотря на то, что звук её речи был ему незнаком, тут же ощутил - именно такой голос, тёплый и мелодичный, он подсознательно ожидал услышать.

Разом вернувшись с небес на землю, принялся, с рассеянной улыбкой на устах, немного обалдело разглядывать женщину. До него даже как-то не сразу дошло, что он забыл поздороваться в ответ.

- Привет…

В жизни Алина оказалась выше, чем ему представлялось. Но действительно тоненькая, худенькая, как на снимках.

Одета была неброско - тонкая белая кофточка, джинсы с нагрудником. Из-под широких, до пола, брючин, выглядывали носки чёрных туфель. Маленькая чёрная сумочка, с длинной шлейкой, висела у левого бедра.

Блаженно улыбаясь Егор восхищённо изучал знакомые по фотографиям линии лица.

Смешной приплюснутый носик, который так хотелось поцеловать. Полноватые, с приподнятыми уголками, как бы вечно улыбающиеся, губы. Немного косящие серые глаза… И, конечно, тёмно-русые, неокрашенные волосы, из-за которых женщина возможно кому-то могла даже показаться простоватой, но, безусловно, не ему.

Алина окинула мужчину быстрым ответным взглядом. Заметив в его глазах некоторую восторженность, сразу потупилась.

Егор, естественно, намеревался заявить, как рад встрече. Пытался произнести все эти дежурные, заранее заготовленные фразы, но отчего-то не смог вымолвить и слова.

- Пойдём? - вырвала она его из состояния эйфории.

- Пойдём, - выдохнул он. - А куда?..

- Смотри сам, ты ведь только с поезда. Можем прогуляться, а можем где-нибудь немного посидеть.

- Да, знаешь, - он хлопнул себя пятернёй по животу. - Я бы не отказался от лёгкого завтрака... А ты, как насчёт кофе?

- Наверное...

- Так куда идём? Я же здесь ничего не знаю.

- Поблизости есть хорошая кафешка. Вон в тех домах.

Пока Егор изучал указанное её пальцем направление, Алина сосредоточила на слегка полноватом мужчине пристальный взгляд.

- Тогда поспешим. Тысяча чертей, как я голоден!

От этого возгласа женщину слегка передёрнуло. Но Егор сразу заторопился, и женщине пришлось поспешить за ним.

Вскоре они оказались в мрачноватом, отделанном тёмным деревом, заведении, слегка напоминавшем столовую, с развешенными под потолком вереницами разноцветных флажков. Над освещённой щегольскими трёхсвечными люстрами барной стойкой висели прямоугольные, видимые из любой точки заведения, доски с меню.

Основные блюда, напитки, десерты и разнообразная выпечка.

Посадочных мест было не так уж и много. Вероятно, в часы наплыва, заведение походило на какой-нибудь Макдональдс, - скоростное обслуживание и перекус на коленке, однако поутру они оказались единственными посетителями.

- Тэкс, посмотрим, что у них здесь... - бормотал Егор, изучая меню. Потом немного опомнился, - а почему ты не смотришь?

Алина явно скучала:

- О, я, пожалуй, ничего не хочу. Ты покушай и пойдём.

- Нет-нет, это никуда не годится! Что ты будешь? Я угощаю. Эспрессо, американо?

- Говорю же...

- Может быть капучино? - воскликнул он с какой-то отчаянной надеждой в голосе. - Латте, в конце концов.

Женщина осеклась.

- Да, пожалуй, капучино. Спасибо.

- А что к нему? Может выпечку? Пирожное какое-нибудь?

- Нет, благодарю.

- Блинчики, посмотри, у них есть блинчики... с мёдом, с джемом, со сметаной... С чем угодно. Великолепно!

За всей этой застольной суетой Егор совершенно не замечал, что Алина выглядела немного поникшей. Иной раз посматривала на него довольно растерянно. А когда открылась входная дверь и вошли ещё какие-то посетители - женщина внезапно вся сжалась и оглянулась немного испуганно, как бы опасаясь, что её тут застанут.

- Нет, нет. Я не голодна. Только напиток.

- Уверена? Но всё-таки, может хотя бы ма-аленький кексик?

- Ну, разве что ма-аленький, - передразнила она, сдаваясь, и выдавливая некое подобие улыбки.

- Отлично! Себе закажу блинчиков... со сметаной. И бокальчик пенного. То, что надо поутру! Надеюсь, ты не против, если я немного промочу горло?

Женщина тут же помрачнела.

- Не волнуйся, от одного бокала меня даже не охмелит.

Заведующий баром вертлявый молодой человек громко поинтересовался - готовы ли они сделать заказ? Егор, не вставая с места и не менее громко, продиктовал пожелания.

Алина наблюдала за их перекличкой несколько напряжённо.

Приняв заказ, молодой человек сдержано пояснил:

- Блинчики придётся немного подождать. Напитки уже нести?

- Да, конечно.

Через пару минут на столике возникла дымящая чашечка и наполненный бокал. На поверхности пенки капучино красовался какой-то рисунок, привлёкший внимание обоих.

- Посмотри, какое забавное сердечко! - воскликнул Егор. - Может быть, это хороший знак?

- Может быть, - чуть улыбнулась Алина.

Когда принесли блинчики, он с удовольствием накинулся на еду:

- Разрази меня гром, какая вкуснятина!

Но наткнувшись на немного осуждающий взгляд женщины, сразу притих. Внезапно до Егора дошло, что, по-видимому, излишняя раскованность и некоторая простоватость манер, женщину немного раздражали.

Впрочем, долго молчать было не в его характере.

- Так что дальше? Какая у нас, так сказать, культурная программа? Прогуляемся немного по улицам? Здесь такие интересные невысокие домики... Даже не скажешь, что центр города.

Алина немного оживилась.

- О, да, вокруг площади - сплошь старые улицы. Здесь много дореволюционных зданий. Будет на что посмотреть. Но мы не станем тут долго крутиться. Потихонечку пойдём по «центральной» до сквера, там находится крупная арт-площадка, ты ведь любишь всякие художества? Там и погуляем немного. Затем спустимся к реке, можно будет по набережной пройтись... Потом пешеходный мост, и прямо к собору, - женщину охватило некоторое воодушевление. - Наша главная достопримечательность. Красивейшее здание...

- Да? - рассеянно отозвался сосредоточенный на еде мужчина. - Знаешь, я не так чтобы очень люблю церкви...

- Увидишь, тебе понравится! С твоим-то вкусом, - она немного смутилась, наблюдая как он вымачивает блинчик в сметане, возюкая им по всей тарелке. Как обцеловывает побелевшие пальцы, вместо того, чтобы просто воспользоваться салфеткой, и добавила уже менее уверенным тоном. - В общем, тебе понравится.



3.



Поначалу гуляли молча, завязать разговор никак не удавалось. Обходились общими фразами, отрывистыми вопросами, односложными ответами. Так сразу, словно из ничего, нащупать точки соприкосновения оказалось довольно сложно.

Егор, интуитивно ощущая, что первое оказанное на Алину впечатление было не слишком выгодным, и чтобы хоть как-то разговориться, попытался перевести речь на близкую обоим тему. Постепенно между мужчиной и женщиной возник небольшой спор.

Дело в том, что в стихах они были приверженцами разных поэтических форм.

Егор защищал классические построения. Высказать мысль, украсив её гибкими, невиданными прежде метафорами, чётко выдержав при этом размер - казалось ему верхом идеала. И тем интереснее выглядела для него возможность изредка слегка выйти за строгие рамки «правил», достигнув новой, нестандартной, образности.

Алина же, наоборот, считала все эти забавки давно устаревшими. Предпочитала сплошную строку, либо жгучие верлибры. Обходилась без грамматических тонкостей, любила использовать неточные рифмы, а то и вовсе никакие не использовала, пестуя тем не менее внутренний, слабоуловимый ритм текста, иной раз каким-то прямо чудом выдерживая тонкую музыку стиха.

На этой почве у них частенько происходили онлайн пикировки. Вот и теперь они немного поспорили, уже «вживую», отстаивая каждый свою точку зрения.

- Может, помнишь, у Тургенева в «Нови» был разговор, - выдвинул Егор новое оправдание собственной правоты, - мол, не должно искусство быть негодным на том только основании, что оно старо. Значит и приёмы, на которых оно зиждилось не могут считаться устаревшими. Иначе искусство только мода и больше ничего.

- Тургенев?.. - поразилась женщина. - Кто сейчас читает Тургенева? Школьники разве что… Хотя - искусство как мода… не такая уж и плохая мысль. Пожалуй, своеобразная мода и есть.

Егор даже рот открыл, от неожиданности.

- Как и всякая мода, - принялась развивать мысль Алина, - искусство обязано обновляться, сообразно времени. Старое искусство само по себе не плохо, но оно не соответствует тем вызовам, которые ставит перед нами нынешняя эпоха. Я ничего не имею против значения всех этих классиков. Мы, типа, стоим у них на плечах, и всё такое… но они меня совершенно не трогают, мало волнуют. Другое дело, когда читаешь ярких современников. Сразу ощущаешь живой нерв текста, истинность, близость высказанных эмоций. И добиваются они этого, заметь, совершенно нестандартными, с точки зрения классики, средствами.

Егор окинул женщину немного растерянным взором. Спросил неуверенно:

- Но… тебе же вроде как нравятся мои стихи?

- Да, - Алина слегка потупилась. - Твои нравятся.

Бросила на мужчину быстрый косой взгляд и вновь углубилась в себя.

Егор примолк. Он не увидел ни малейшей логики в высказанных женщиной противоречивых сентенциях. Одно с другим у него не сходилось.

В таком несоответствии было, конечно, что-то волнующее. Чудилась какая-то призрачная надежда. Собственно, потому-то он и оказался здесь, в чужом городе.

Некая разность потенциалов, привлёкшая их в своё время друг к другу, и заставившая переписываться сутками, взахлёб, на самые причудливые, вплоть до интимных, темы, со временем давала мужчине всё более крепнувшую надежду на возможность по-настоящему близких отношений…

Увидев вдруг на стареньком здании мемориальную табличку, Егор остановился. Медленно прочитал надпись-посвящение. Перевёл искрящийся взгляд на немного ушедшую вперёд и с удивлением выискивающую его позади, женщину.

- Представляешь, - коротко хохотнул он, поясняя задержку. - ведь и о нас когда-то, возможно, напишут - они прогуливались по этой улице. Или, там, сидели на этой скамейке.

На желаемом «проживали в этом доме» Егор решил пока, на всякий случай, не заострять.

- Да, иногда проскакивают подобные мысли, - чуть улыбнулась Алина. - Хотя на самом деле - вряд ли.

Пока шли по улочке, разглядывая построенные в стиле «модерн» прелестные, пусть и неухоженные, здания, и с любопытством читали прикреплённые к ним памятные таблички, облака на небосводе понемногу кучнели, необычайно разрастаясь.

Вереницы вычурных белоснежных башен медленно надвигались на город. Освещённые солнцем бока их ослепительно блестели, радуя глаз. Неосвещённые теневые, наоборот, всем своим сумеречным видом вносили в душу неявное ощущение тревоги.

- Посмотри, дракон летит, - внезапно сказал Егор, разглядев на небе отдалённо узнаваемый образ.

Алина внимательно изучила надвигавшееся кучевое облако.

- Какой же это дракон? На плюшевого мишку скорее похож.

- Что? - весело воскликнул мужчина. - Где ты там мишку увидела? Вытянутое тело, рыло, пасть… настоящий дракон!

- Нет же, сам взгляни. Вот ушки, мордочка, нос… Ну, вылитый медведь! Причём, милашка такой.

Как Егор ни напрягал зрение, ничего подобного не увидел.

Дракономедведь вскоре расплылся надо всей длинной улицей, превращаясь в бесформенную бурлящую массу, совершенно закрывшую солнце. Однако, следом, на открывшейся позади него части неба, появилось новое исполинское облако. Возникла голова характерной формы и две скрюченные лапки по бокам.

- О, погляди-ка, а здесь у нас что?..

- Богомол, какой-то.

- Действительно… богомол.

Так прогуливаясь и болтая, понемногу добрались до сквера, служившего местом выставки-продажи доморощенных художников. Вдоль длинных каменных дорожек стояло множество подставок, обвешенных рядами картин. Как ни странно, кроме продавцов, да играющих на парапете центрального фонтана шахматистов, людей в сквере оказалось немного.

Алина с Егором медленно и молча пошли вдоль экспозиции, разглядывая художества. Со всех сторон на них смотрели броские пейзажи, идиллические изображения, тщательные срисовки местных достопримечательностей.

- Ну, что?.. - некоторое время спустя поинтересовалась женщина, довольно спокойно относившаяся к живописи, - как тебе?

- Есть, конечно, симпатичные вещицы, - Егор указал на маленький холст с осыпающейся сиренью, -например вон тот натюрморт, - Затем перевёл взгляд на полотно с преобладающим жёлтым колоритом, - или вот, - приличный осенний пейзаж. Там ещё у старика при входе были милые акварели. Ну и, конечно, все эти очаровательные, заваленные снегом домики... Но, в основном, такое, купить что-то можно только если надо дыру в стене срочно чем-то завесить...

- Типа этого?..

Усмехаясь, женщина кивнула на огромное невыразительное полотно с плавающими в озере лебедями.

- Да, да. Это если дыра ну очень большая! А здесь ещё... гидропиритовые блондинки и ночные высотки… могут подойти для квартир с современным дизайном, - он отстранённо осклабился, приглядываясь к отдалённым картинам. Сосредоточил взгляд на далёком полотне.

- А вон, пойдём, посмотрим! Кажется, неплохая вещица.

На сгущенном тёмном фоне, придерживая складки багрового платья, танцевала дама с алым бантом; бросая косой, словно подчёркнутый лучом света, взгляд назад, на пол.

Егор внимательно присмотрелся к широким мазкам. Алина с интересом поглядывала то на него, то на картину.

- Скажите, - поинтересовался он внезапно у сидевшего за мольбертом, с карандашом в руке, задумчивого мужчины. - Вы автор?

- Это репродукция Атрошенко, - хмуро бросил продавец, не отвлекаясь от дела.

Егор коротко хохотнул. Потянул Алину за собой, произнося шёпотом.

- Пойдём-ка отсюда.

- Ты чего? - поинтересовалась она, когда отошли немного в сторону.

- Чувствую себя полным идиотом. Вообще-то можно было догадаться, видел ведь некоторые его произведения. Цветовая гамма, работа с фоном, характерная техника, эти мазки ещё... как лучше выразиться… подчёркивающие движение, короче говоря.

- Почему? Ты же, не зная картины, сразу определил, что она стоящая.

- Хм. Ну если на дело так посмотреть... то да...

- И потом, твоя специализация ведь не картины, а стихи... Ты же по нескольким строчкам сразу любого классика опознаешь, - она чуть улыбнулась. - А для меня это была просто очередная… как ты там говорил… гидропиритовая?.. Хотя тут, кажется, не блондинка.

Егор окончательно смешался.

- Умеешь ты, конечно, подбодрить.

Она дотронулась до его плеча, словно пытаясь передать Егору собственную уверенность.

- Но правда ведь!

Случайное прикосновение моментально согрело мужчине душу.

- Хорошо, да. Ты права.

- Спустимся к реке?

С кроткой улыбкой мужчина кивнул, и они неторопливо пошли вниз по склону. По пути он продолжал внимательно изучать выставленные вдоль тротуара полотна, в то время как женщина периодически прикипала к столикам, заваленным всевозможной, изготовленной из декоративных материалов, бижутерией. Несколько раз она даже извлекла из сумочки продолговатое бордовое портмоне, оплачивая небольшие симпатичные изделия, казавшиеся Егору хоть и милыми, но совершенно бесполезными.

Впрочем, ей находка на развалах этих вещиц доставляла явную радость, так что ему тоже было приятно разделить с нею столь безыскусное удовольствие.



4.



Ещё когда шли по спуску, издали оглядели собор, расположенный за рекой. Хочешь не хочешь, а здание, довлеющее надо всем окружающим ландшафтом, привлекало внимание. Не могло не привлекать.

Стройное, величественное, лепное, в изящную бело-красную полоску, с потемневшими от времени зелёными куполами, золочёными крестами и устремлённой в пасмурное небо острой колокольней.

- Великолепно, правда? - спросила женщина, с некоторой взволнованностью.

- Да, - осторожно ответил Егор, ощущая её трепет. - Построение чудесное. Это и есть наш пункт назначения?

- Он самый.

Оказавшись, минут через двадцать, у подножия здания, изучили его ещё более основательно.

Алина по пути давала все необходимые разъяснения. Она, как выяснилось, знала множество деталей о возведении постройки, о мелких архитектурных особенностях, о бытовой жизни храма, стараясь увлечь Егора собственным энтузиазмом. Под конец повествования женщина восторженно воскликнула, восторженно схватив его за руку чуть повыше локтя.

- Красота же, ну разве нет?!

- Да, действительно, - не смог не согласиться он, воодушевлённый её эмоциями.

- Жаль, ты не увидишь... Дело в том, что он весь декорирован огоньками, и вечером блистает словно… словно… - Алина так и не смогла подобрать слов, описывающих дивную красоту ночного сияющего собора. Отбросив попытку вербализовать впечатления, продолжила:

- Центральный купол и колокольня - светятся жёлтым, маленькие купола - голубым. И каждое резное окошко, каждая арочка блистает! Представляешь?

- Да. Но… он действующий?

- Конечно! Зайдём внутрь.

Всё в мужчине воспротивилось такому предложению. Однако сдержавшись, он последовал за Алиной сквозь узкие воротца забора.

Перед самым входом женщина извлекла из чёрной сумочки и набросила на волосы лёгкий платок. Склонив голову и трижды перекрестившись, она уверенно вступила в сени храма. Егор, сопроводив культовые приготовления беспомощным взглядом, растерянно двинулся вслед за ней, наблюдая как Алина покупает у пожилой богомолки церковную свечу, самым серьёзным тоном о чём-то с набоженкой переговариваясь.

Проведя мужчину в центр главного престола, став перед мраморным иконостасом, немного позади великолепной свечной люстры, женщина продолжила вполголоса давать пояснения.

Егор чувствовал себя в этом месте крайне неуютно. Немногочисленные верующие, казалось, глядели на него слишком косо. Полумрак воздействовал неприятно. А ещё тяжёлый, спёртый воздух - смесь ладана и свечного дыма…

Алина, вероятно пытаясь хоть как-то поразить его, акцентировала внимание на стенной живописи, упоминая фамилии художников, отмечая характерные мотивы иконописи, вводя его в мир непривычной космогонии.

Однако Егор уже начал задыхаться. У него слегка закружилась голова.

- Пойдём отсюда, - в определённый момент, резко прервал он женщину.

Прикусив губу, та окинула его разочарованным взглядом.

- Я… хорошо, - она чуть приподняла руку со свечой, - потерпи, пожалуйста, ещё буквально одну минуточку.

Скрепив себя, мужчина подождал, наблюдая за тем, как женщина задумчиво стоит около подсвечника, перед какой-то иконкой. Зажигает принесённую с собою свечу от другой, практически догоревшей. А потом, слегка ему улыбнувшись, направляется в сторону выхода, словно давая сигнал к отступлению.

Выйдя на свежий воздух, Егор сразу вздохнул свободнее. Окинул удовлетворённым взглядом окружающий мир. Несмотря на то, что красивые прежде облака растеклись по небу, заметно сгустившись и помрачнев, прорывающиеся сквозь них солнечные лучи давали достаточно света и дарили ощущение свободы.

- Тебе не понравилось? - взволнованно спросила Алина.

- Ну не знаю, не знаю, - отдышавшись пояснил он. - В этих церквях такая гнетущая атмосфера. Я просто не в состоянии находиться там слишком долго.

- Красивое же место… А к некоторым вещам нужно просто привыкнуть.

- Красивое, - выдохнул он и добавил рассеянно, по-видимому всё-ещё пребывая в собственных мыслях. - Жаль только, что вся эта красота создана лишь для оболванивания людей.

Алина повернулась к нему, немного ошарашенная. Какое-то время просто стояла, переваривая его слова.

- Никогда не думала, что ты так узко мыслишь! - вдруг набросилась на него. - А как же, например, музыка? Бах, Гендель… Рахманинов, наконец. С её помощью тоже оболванивают?

Егор удивлённо уставился на женщину. С чего это она вдруг вспомнила классиков, когда сама предпочитала Muse?

- Тебе же, я помню, они нравятся… - попыталась прояснить она свою мысль.

- Ну, когда вышла Литургия или Всенощное, точно сейчас не вспомню, так церковь, кстати, объявила его музыку слишком светской. И такое, между прочим, постоянно случалось. Произведения часто становились каноном не во время выхода, а как бы постфактум. Но дело даже не в этом. Всё-таки у музыки существует свой, отдельный, так сказать «код». Слушая ярчайшую мелодию Гайдна, мне вовсе не обязательно следовать заявленной программе автора, мол, это Христовое «Жажду!». Да и вообще сомневаюсь, что он сочинял мелодии в эдаком прямо благоговении. Думаю, музыка в основном была первичной, а объяснение её появления - вторичным. Так сказать, соответствующим духу времени. И не более того. Впрочем, в общекультурном смысле я ещё могу всё это как-то воспринимать... но, понимаешь, когда в нынешнее время, нищие духом, считающие себя духовно обогащенными...

- Отче, прости им, ибо не ведают что творят! - пробормотала она и перекрестилась.

- Мама миа! - мужчина даже немного разозлился. - Никогда не думал, что ты настолько погрязла во всей этой чепухе.

- Чепухе?! - воскликнула она, - Чепухе, вот как, да? Но ведь здесь самая прекрасная, самая человечная история в мире. И кому как не тебе это понимать!.. Но, нет… Мне сейчас просто гадко и противно, что я тебя привела в такое чудное место, а ты его… последними словами.

- Ага! - в свою очередь завёлся Егор. - Прекрасная история, из-за которой людей столетиями мучали, пытали, жгли на кострах, казнили самыми всевозможными способами!..

- Ой, да брось ты! Эти твои люди всегда найдут причину для резни! Им бы только кого-то убивать да насиловать. Сам посмотри, что нынче в мире творится!..

Поднявшийся ветер на клочки рвал брошенные женщиной разгневанные слова, раскидывая по тротуару ошмётки фраз.

- И всё-таки… - настойчиво бормотал Егор. - Наследие безумного прошлого, уроки истории… но ужасно, что продолжается сейчас. Отдаваться подобному в наше время - непозволительная глупость!

- О, Господи. Ты же поэт! Выйти за пределы собственного эгоизма, ощутить любовь ко всему сущему, преисполниться подлинным благородством - разве не в этом конечная цель? Разве не это делает человека - поистине человечным?

- Хм… в твоих стихах я такого не встречал, - задумчиво выговорил Егор. - Некоторый эротизм? Да. Жажда жизни? Тоже, пожалуй. Молодость, свежесть, красота? Бывало. И часто. Но такой блаженной чепухи там не наблюдалось. Странно, правда?..

- Ну, ты тоже весь из себя такой распрекрасный в стихах, - едко воскликнула она. - А на деле, на деле!..

- Что?!

- Ничего!

Помолчали. Егор немного обдумал слова женщины. Бросил, заметно огорчённый:

- В стихах я такой, какой есть. А если ты не видишь...

В горле сдавило. Он так и не смог закончить фразу.

Немного отдышавшись, резковато произнёс.

- Ладно, прости. Наверное, я был не прав.

- Всё-таки мы с тобой разные, - горько посетовала женщина, сдёргивая с головы и запихивая в сумочку смятый платок. - Совершенно разные.



5.



Погружавшийся в темноту парк развлечений, несмотря на развивающееся ненастье, был переполнен. У Егора даже возникло ощущение, что ни родителей, ни тем более детей, совершенно не беспокоили тёмные ливневые облака, и настойчивый пронизывающий ветер, на него лично воздействовавшие крайне неприятно.

Алина, так же, как и он, глядела по сторонам если не хмуро, то заметно укоризненно.

Сидя рядом на лавочке, утомлённые долгой прогулкой, они словно подчинились влиянию подступающей непогоды, и не могли влиться во всеобщую радостную атмосферу.

В то время как окружающий мир просто искрился и переливался жизнью.

Восхитительная двухэтажная французская карусель неторопливо крутилась под мягкую музыку, сверкая мириадами огней. На детской площадке, главным украшением которой являлся многоярусный парусник, с множеством лесенок и спусков, толпились разновозрастные малыши.

Чуть дальше, слегка прикрытые деревьями, сияли разнообразные качели-карусели. От всевозможных аттракционов и особенно со стороны далёких американских горок непрерывно доносились нарастающие и стихающие крики.

Разговор опять не вязался. Недавняя, ещё не переваренная ссора, оставила негативный отпечаток на обоих. Егор, не понимая толком, как исправить ситуацию, коря себя за прежнюю излишнюю болтливость, предлагал наобум разные варианты чтобы немного развлечься, но все они казались Алине довольно нелепыми. В самом деле, ни мороженное, ни французская карусель, ни «Лодочка», всерьёз женщину заинтересовать не могли.

- Может быть американские горки?..

Тут уж она даже немного развеселилась:

- Нет, что-то не очень хочется…

- Слушай! - внезапно дошло до мужчины. - Давай поднимемся на колесе обозрения?

- Хм-м… - Алина оживлялась на глазах, - В самом деле, почему бы и нет? Кстати, сверху открывается чудный вид.

Егор обрадовался - наконец-то удалось хоть немного потрафить женщине.

- Тогда поспешим?..

Чуть раскачивающаяся крытая лодочка медленно поднималась над землёй, слегка поскрипывая. Мужчина и женщина озоровато поглядывали друг на друга. Они деланно расширяли глаза и обменивались улыбками, как бы опасаясь, что конструкция слишком ненадёжная, и поскрипывание, вкупе с увеличивающейся высотой, чревато неприятностями.

Постепенно кабинка поравнялась с пышными кронами деревьев, взмывая всё выше. Густая, подсвеченная фонарями, зелень, мерцающие парковые аллеи, детские возгласы и резкие окрики взрослых остались где-то внизу, а их взглядам открылась широкая панорама ночного, слегка присыпанного туманом, города.

Верхушки разномастных строений, словно подмятые бурлящими чёрными облаками. Неверный свет в далёких окнах. Царящее в узком промежутке между небом и землей безмолвие. Да ещё порывистый, по-осеннему холодный ветер, усиливавший гнетущее ощущение безысходности.

Всё это, вместе взятое, неким странным образом, неприятно поражало воображение.

Достигнув высшей точки подъёма, карусель повела их в обратный путь, довольно споро приближая к сияющему парку, прежнему многолюдью и многообразному шуму.

Алина выскочила из кабинки столь проворно, будто попыталась поскорее избавиться от охватившего её тягостного ощущения небытия. В глазах женщины ещё несколько минут после поездки стояла тревога. Егор, слегка переваливаясь, вышел вслед за ней, просто чувствуя удовольствие от твёрдой земли под ногами.

С некоторым облегчением они влились в поток гуляющих, вновь наполняясь жизненностью.

Чтобы окончательно согреться - купили кофе и, вяло переговариваясь, выпили его за столиком около ларёчка, под брезентовым навесом.

Внезапно ветер стих. Наступило странное короткое затишье. Пока они удивлённо глядели по сторонам, пытаясь осознать, чем чревата такая смена настроения погоды, в листве тихо, но настойчиво, зашептало. Шёпот ускорялся и усиливался, превращаясь в яростную дробь.

Хлынул ливень.

Гуляющие бросились врассыпную, прячась где ни попадя. Под навесом вскоре стало довольно многолюдно и неуютно.

Егор бросил взгляд на часы:

- В общем-то можно ехать. Как тебе мысль вызвать такси? Подвезём тебя до дома, а я потом - на вокзал. Что скажешь?

Алина немного вынужденно с таким предложением согласилась.



6.



Чем дольше они ехали, тем сильнее Егор осознавал, что отпущенное ему время уходит, а с тем уплывают и последние шансы на сближение. Нужно было что-то предпринять, причём срочно.

В первую очередь, решил мужчина, необходимо попросить прощения, а там… будь что будет.

- Сегодня был отличный день, прекрасная прогулка, - приступил он.

- Да, - натянуто улыбнулась Алина. - В целом всё было действительно довольно классно.

- Но днём я тебя немного задел…

- О, не стоит!..

- И всё-таки, позволь сказать.

- Ну, хорошо. Скажи.

- Мы конечно разные и расходимся во многих вещах, однако у нас есть и много общего, правда же?..

- Да, пожалуй, что так.

- Иногда мы разговариваем словно на разных языках… а иногда - будто на одном и том же. В конце концов, мне кажется, мы способны научиться, со временем, лучше понимать друг друга… Разве не здорово?

Женщина немного растерялась.

- Наверное… здорово…

- В общем, я хочу попросить у тебя прощения, за все прежние необдуманные высказывания. Я понимаю - некоторые вещи.., - Егор замялся, осторожно подбирая слова. - Немного, так сказать, чуждые мне… для тебя - важны. Они часть твоего внутреннего мира. Мне очень жаль, что я не сразу это осознал. Надеюсь, ты не слишком обиделась?

- Конечно, конечно же нет! - в голосе Алины появились тёплые нотки. Она заглянула Егору в глаза. - А я? Я тебя ничем случайно не обидела?

- Что ты! Меня сложно обидеть, разве что можно огорчить. Это ведь не одно и тоже, правда?

- Нет.

- Значит, точно не обидела, - усмехнулся он.

Губы Алины непроизвольно растянулись в улыбке. Она посмотрела на него почти ласково.

Мужчина моментально воспринял миг благосклонности как сигнал к действию. Повернулся к ней всем телом, забросил левую руку на кресло, над её плечами, немного нависнув над женщиной. Устремил на неё настырный взгляд.

- Знаешь, а я ведь приехал сюда не просто по городу погулять.

- Егор, - предупредительно сказала она.

- Но ведь так и есть. Ты должна это прекрасно понимать, - он выдержал короткую паузу. - Я по-сути приехал сюда только ради тебя.

Высказавшись, осторожно положил правую руку ей на коленку. Алина немного сжалась:

- Егор, пожалуйста!

Но он уже не мог остановиться. Непосредственная близость женщины манила, а фантазия подстёгивала. Тонкий аромат её духов, приятный запах волос, нежное, еле уловимое благоухание гладкой кожи, притягивали.

Столь близкая и желанная телесность возбуждала в нём острую, нуждающуюся в скорейшем удовлетворении, чувственность.

Мужчине всерьёз думалось, что стоит только проявить немного ласковости и силой прорвать разделяющую их, казавшуюся призрачной, преграду, как всё моментально наладится.

Егор всем телом приник к женщине, вдавливая её в кресло, с настойчивым намерением запечатлеть на слегка испуганном личике как можно более страстный поцелуй.

- Остановите! - воскликнула Алина, оттесняя мужчину ладонью, нащупывая свободной рукой ручку двери.

Такси в этот момент двигалось по какой-то узкой односторонней улочке. Водитель, от неожиданности, сразу принял влево и резко притормозил у тротуара.

Женщина, моментально распахнув дверь, выскочила из автомобиля и стремительно побежала по улице.

Брызги разноцветных огней на мокром асфальте, удаляющаяся хрупкая тень и стихающий вдали цокот каблуков - вот всё, что Егору осталось созерцать.

Он чувствовал - нужно выскочить вслед за ней. Как-то остановить. Упросить остаться.

Но был не в силах даже сдвинуться с места.

Происходящее внезапно напомнило мужчине сцену, виденную однажды в старой криминальной драме. В том малоприятном эпизоде, также произошедшем на заднем сидении машины, всё закончилось совершенно иначе.

Но принесло ли это героям картины хоть малейшую радость?

Конечно же нет.

Водитель, не заглушая двигатель, пристально разглядывал пассажира в зеркале заднего вида, ожидая его решения.

- На вокзал, - захлопывая дверь, угрюмо скомандовал Егор.

Прикрыв глаза, откинулся на спинку кресла, тщетно пытаясь выбросить всё произошедшее из головы.



Fin
Опубликовано: 24/04/18, 15:45 | Свидетельство о публикации № 1088-24/04/18-43489 | Просмотров: 80 | Комментариев: 2
Загрузка...
Все комментарии:

Полезный рассказ)
Хотя бы тем, что развеивает иллюзии)
Ира_Сон  (27/04/18 09:09)    



Со временем будет обнова - Встреча v2.0
Там тема развеивания иллюзий раскроется в двойном объёме ))).
Виталий_Юрьев  (27/04/18 09:28)    


Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Категории раздела
Рассказы [874]
Миниатюры [487]
Обзоры [861]
Статьи [220]
Эссе [135]
Критика [41]
Пьесы [13]
Сказки [123]
Байки [45]
Сатира [36]
Мемуары [109]
Документальная проза [16]
Эпистолы [13]
Новеллы [36]
Подражания [10]
Афоризмы [37]
Юмористическая проза [200]
Фельетоны [12]
Галиматья [255]
Фантастика [114]
Повести [190]
Романы [51]
Прозаические переводы [2]
Проза на иностранных языках [0]
Конкурсы [19]
Литературные игры [6]
Тренинги [6]
Завершенные конкурсы, игры и тренинги [1074]
Диспуты и опросы [62]
Анонсы и новости [93]
Литературные манифесты [128]
Мистика [13]
Проза без рубрики [350]
Проза пользователей [139]
Критика 2 [45]
Ужасы [3]
Объявления [33]