Мой мозг – серпентариум, в нем извиваются мысли,
неслышно шуршат чешуей по височной кости.
На ветках аксонов, изящно свернувшись, повисли
ленивы и сонны, совсем не желают ползти.

Но этот покой иллюзорно-обманчив – я знаю.
Накопится яд в прилегающих к нёбу клыках,
праправнуки первого Змия из древнего рая
мгновенно укусят, а я не успею и «Ах!»

испуганно выдохнуть, стиснута обручем боли,
закапает яд, прожигая дорожки в коре.
А после в груди очень сильно и резко заколет,
и я подавлюсь недотянуто сорванным «ре».

Но смерть не придет – резистентность хреновая штука,
спустя пару дней засверкаю как новый пятак,
а мысли совьются в клубки без единого звука,
куски старой кожи оставив висеть на висках.