Предрассветные перроны. Путевой обходчик склонен
выпить лишку в межсезонной мороси. Туман.
Тополь свечкою без кроны. "Щиплется" карман.

Креозота запах в гуще: беляшей, икот, ревущих...
своры псов и крыс снующих. По́дали состав.
Матерится хилый грузчик между трёх октав.

Скрылись в дымке расстояний всхлипы, слёзы, обещанья,
ложь, что ложь бывает крайней, с верой ни за грош.
Подозренья в ожиданьях, как в постели вошь.

Тамбур в толчее забвений, долю мыкая в сомненьях,
закурил. Ну, что ж?..

Мимо взглядов из вагона, юбкой пёстрой вдоль перрона,
Лента в косах, что корона... дрожь плечами.
То цыганка, дочь барона, жжёт очами.

Омут чёрных глаз, улыбка, душу бередят, и скрипка.
А романс надежды зыбкой ветром бьётся...
Лист осенний, в сердце хлипком, в путь сорвётся.

Ворожит скрипачка небыль про свободу, где он не был.
Я в вагоне, но и мне бы рвать опорки,
Ухватив руками небо за оборки.

Пусть оборки юбки длинной шелестят листвой невинной,
Осень песней лебединой льётся в душу...
Я под стук колёс рутинный буду слушать.