Жаждой иссушенный, в лаве забвения, голос твой слышится хрипом отчаянья.
Все невозможности прежнего времени в новом отринуты.
Блуд и раскаянье, истин лоскутности, скомканы верою без сожаления.
Связь, единение свыше пророчены.
Незачем складывать штабелем заново переживаний переживания.
То, что тянуло "когда-то" в "когда-нибудь" тёплым дыханием нас отогрело,
в нежных ладонях уберегло, перенесло от запруды к источнику.
Имя своё не услышишь, развеялось.
В бездну его.
Полуматерия из полусумрака сквозь полусвет в бессознательном сне...
мнились так долго друг другу, мерещились... и затерялись в инертном движении.
Запах зизифуса, нами намоленый, тонкими нитями верного опыта
стягивал вечности - наши пути. Помнить не надо.
Вдохни, ощути.
Память беснуется поздними вспышками, скрип искажения в буйстве агонии.
В ней, в общей памяти, клятвы смыкаются с новой реальностью.
Всё, что казалось рассудку утраченным, преждерождённым явилось теперь.
Ты мне судьбою дарована ранее. Даром ответным себя приношу. Дар мой прими.
Обоюдность любви.