замарав в брызгах мозга походную обувь в кустах, замаячил солдат
на закате в краю перемётных катал, не вместившихся в кожу мешков,
и бредущих за лошадью, чавкая пыль, в тишину темноты в шаг назад,
а закат так и прыскает красненьким в окна обманок домов бутафорский огонь…
все уехали с ярмарки, марки поклеили на безотчётный забор,
самовары очухались и очутились на длинных столах, занавески припомнили кайф
псевдо исчезновений на кухнях, где что-то готовится в круто замешанный спор
отлучённых от стай гелендвагенов порченой церкви, в заоблачный край
утекают цветастые фантики с их совершенством, краплёные карты солдат,
и другая, не с праздника, тёплая водка рекает обратку неженскому телу в чужом шушуне:
обесценено всё, что в копилку собрал никогда не родившийся брат –
лошадь белая стоила множества старых потёртых монет…

23.07.2018
СПб