Допит Чайковский, по-походному Стравинский.
Под Modern talking или Поля Мориа
А то — попевки куреня или станицы
Читаю вскользь мемориальные страницы
И представляю живо свой мемориал.
Легко заметить, как у стелы очень скоро
Экскурсовод очертит правила границ
Для окультуриванья общего обзора:
"Сюда бросать, пардон, гнилые помидоры,
А здесь мишень для тухлых, стало быть, яиц!"
А мне-то что? Теперь печален я не очень
Непониманием всего, что расскажу.
В садах забвения печалиться нет мочи.
Но благодарен за невзрачный твой веночек,
Изящно скрученный фигурой Лиссажу.
Я был готов к такому скромному пассажу,
Я верил свято: ты услышишь и придёшь.
И если скажут, что фигура та Лиссажу,
И нашу дружбу закатают густо в сажу,
Ты не печалься тоже: мнения суть ложь.
Придя домой, инакомыслящие судьи
Отринут мантии и снимут парики,
И в зеркалах нелицемерно голой сути
Им отразятся, подмигнув и баламутя,
Другим подобные больные старики.