Есть незабвенные слова,
А есть - заведомо на ветер.
Но вот упавшая слеза,
Что прожигает - в кои веки -
Наш лист бумажный, - многих слов
Она верней и ненарошней.
И человека видишь вновь,
И он - такой - еще дороже.
Валентин Лукьянов
Мне очень повезло в жизни. Я был знаком с замечательным поэтом. С Валентином Лукьяновым.
Сначала я услышал песни на его стихи. Их пел хороший бард, тонко разбиравшийся в поэзии. Его репертуар состоял из стихотворений Шаламова, Горбовского, Кушнера, Бродского, Пастернака...
Но некоторые песни были не такими. Непохожими. Потому что в основе их лежали особенные стихи.
Рифмы и ритм, своеобразное построение фраз, короткая чеканная строка выделяли их, обращали на себя внимание. И еще ощущалась какая-то совершенно индивидуальная аура, несравнимая ни с чем.
Он пошел таинственно
Всюду, враз.
Словно он та истина,
Что ждалась.
Словно он венчание
Всем камням.
Словно он нечаянный,
Как и я.
Пропади ты пропадом,
Белый снег,
С твоей лживой проповедью
В белый свет.
С твоей лютой кротостью,
Вьюга-мать,
Что зовет бескровию
Подпевать...
И еще я сразу же запомнил строки из его стихотворения о Франсуа Вийоне:
Он замышлял свои стихи,
Как злоумышленник убийство.
А вскоре услышал просто сказочное:
Где вы, милые?
Далеки.
Миг, что в мире вы -
Взмах руки...
И вот такое:
Застыли жесты у дерев,
Кусты просвечивают небом.
У птиц окаменела речь,
А тишина вдруг зазвенела.
Так в наших северный лесах,
Какая ни случись кручина,
Лучится каждая слеза,
Слезится каждая лучина.
Стихи попали в резонанс. Я был просто покорен ими.
Признаюсь честно, когда представилась возможность встретиться с Валентином лично, я опасался разочароваться в нем. Исходя из предыдущего опыта общения с некоторыми поэтами...
Но вышло все наоборот. Такого интересного собеседника встречать доводилось нечасто. Ироничного, немного насмешливого, но очень доброжелательного, незлобивого. Чрезвычайно эрудированного, со своими оригинальными взглядами на происходящее.
Он полностью соответствовал своим стихам. Был ярко выраженным индивидуалистом, способным на сарказм. И, одновременно, ранимым, склонным к состраданию и жалости. Поэзия была для Валентина не игрой, но судьбой...
Он умер в 50 лет. При жизни печатался мало. Уже после смерти друзья издали книгу стихов. Другую выпустила в свет его жена Инга Юденич.
А лично для меня Валентин был и остается одним из главных событий моей жизни.
Тех, которые определяют тропу. Дают заряд силы. И необъяснимое желание складывать слова в поэтические строки.
Может, для того, чтобы попытаться стать одним из попутчиков таких людей, как поэт Валентин Лукьянов.
А свое стихотворение о снеге он закончил так:
Что б там ни наверчивал
Белый снег,
Я приснюсь не вечным ведь
И не всем.
Между звезд затерянный,
Больше б мог...
Снег летит затейливый
И немой.
Выходя из снежности
На фонарь,
Всякий раз жду сдержанно -
Все, финал.
Словно здесь, у пламени,
В полусне,
Рухну я, внеплановый,
В белый снег.
