не вспомнить зеркалу бессонницы,
во тьме
останутся хождения по мукам,
полуостывший чай и сбившийся размер
строфы стихотворения про друга.
внутри останутся движения, сродни
целующимся; бабочек со светом
висящей лампочки.
как родственен я с ним,
с единственным источником портрета.
в изображении захочется еще,
запечатлеть, и взглядом запечатать
крыло растущее, где тонкое плечо
возлюбленной вселенной рук обнято.
но отражение, фальшивостью маня,
пульсирует усталостью и болью.
не вспомнить зеркалу смотрящего меня,
как тер виски, пытаясь видеть больше.