Осень. Жухлый лист падает в траву,
А паук раскидывает сети.
Гул — уставших пчёл неизменный звук,
В унисон насвистывает ветер.

Бабка на крыльце ловит хилый луч,
Подставляя солнышку морщины.
В доме тишина. Как покой тягуч.
Дни короче стали, ночи — длинны.

На стене висят в рамках образа,
Ходики старинные — напротив.
У старушки слёз бисер на глазах:
Молодость и бодрость не воротишь.

Сколько дел и бед было на веку —
Облупился лак и шпон ободран.
Каждый миг «тик-так», каждый час «ку-ку»,
А они вперёд шагают бодро.

Лист к земле приник. Паутина вдруг
Вся пришла в движение, качаясь.
Бедная пчела — радостный паук.
На плиту старушка ставит чайник.

Внуку отписать обещала дом
И вишнёвый старый сад в придачу.
И не поняла, почему же он
Рассмеялся. Что же это значит?

Чайник закипел. Кошка у дверей.
Мерседес причалил у забора.
Гость спешит зайти в двери поскорей.
Ветер шевелит на окнах шторы.

— Бабушка, привет! — в дом ворвался внук.
А в глазах старушки стынет вечность.
И тотчас пакет падает из рук —
Лужей растекается путь млечный.

В горле горький ком. Кошка к молоку.
Лики образов накрыло тенью.
Сытый спит паук. Ходики тик… ку…
Ветер жухлый лист несёт к ступеням.