Спросите у цветов - хотят те умирать,
Когда им жить пришла чудесная пора,
Уйдя с полян и клумб, от солнца разогретых,
Чтоб чахнуть в комнатах, и брошенных букетах?
В холодных вазах молча замерзать.
Что могут нам в ответ они сказать?

И если вдруг потянется рука
Для, в сущности, такого пустяка:
Забрать цветок с обочины унылой,
Наивный глаз молочно-голубой.
Что смотрит на тебя с такой безмолвной силой,
С немою, бесконечною мольбой:
«Не рви меня, пожалуйста, не рви!»...

То ты потом под вечер не реви,
И не маши у края скользкой крыши
Руками, загрязнёнными в крови,
Когда тебя сорвут, и не услышат.
Кто знает, может это метка свыше?