На тех, кто умерли, пока ещё свежи обиды,
И в каждой былке полевой есть веданье о них,
Но встанет скоро морок злой, атлант кариатидный,
И подопрёт собою высь, швырнув забвенье вниз.

И сожаления горшки забьются друг об друга,
И расколотятся в куски, в осколки, в черепки.
Другие в этот мир падут, как яблочки упруго,
И вновь начнется долгий путь предсмертья и тоски...