Кутаю нос и ужасно боюсь засопливить
вычурный шёлк, претендующий на палантин,
сложный цветочный узор превращён торопливо
в скомканный шарф - потому что хотелось уйти.

Вниз по ступенькам - четыре пролёта до света,
солнечный двор, детвора, золотые шары,
но через тёмное солнцезащитное вето
видятся лишь депрессивные тартарары.

Город цинично цветёт, летний день хорошеет,
мысли петляют, бросаются жизнью с моста,
и палантин-суицидник срывается с шеи,
и утоляет печали речная вода.

Знаешь, река, я теперь без излишеств одета,
стоило только дождаться сезона седин -
нежусь в зелёных шелках уходящего лета
и вспоминаю любимый до слёз палантин.