И вот - внезапно умерла,
почти не осознав утраты
всего, что было с ней. Дела
безвестно сгинули куда-то.
Лишь мысль о том, что высота
и холодна, и безразлична,
чуть искажала эллипс рта.
Земля под нею непривычно
как будто таяла, текла
за край пустого окоёма.
И звёзды крошками стекла
в покое тёмного объёма
едва мерцали. «Вот и всё.
Как будто сплю, и сны мне снятся» -
мелькнуло быстрым карасём.
Ей захотелось засмеяться,
но смеха не было, и слёз
не стало вместе с тщетным прочим.

И в холод непроглядной ночи
её в ладонях кто-то нёс.