Замёрзший город тысячей дымов
Вгрызался в плоть темнеющего неба.
Сползал закат – оранжево и немо –
По грудам обескровленных домов.
Вот-вот внизу раскинется река
Тугой окаменевшей белой лентой,
Динамики устало хрипнут: “Landing”,
Утихнет дрoжь сомнения в рукax.
Забьётся лайнер – пойманный лосось,
Царапнув брюхом пулковскую взлётку,
Щемяще-невесомо ухнет в лёгких,
И лопнут восемь часовых лассо.

И вновь огни шоссе, дрожанье век,
Стенанья лифта, сбивчивость дыханий,
И снег… как-будто стаями пираний,
Изъеденный балтийским ветром снег.
Разводы реагентовых лекал,
Терзающие мученицу-обувь...
Ещё хоть пару дней – мечтаем оба,
Но снова где-то снизу облака
И бледный после праздничной возни
Увитый мишурой нетрезвый Питер –
Притихший, затаившийся в обиде –
Опять я прилетал, но был не с ним.
………………………………

Пройду таможню, оглянусь –
Теперь уже из-за границы,
По всей земле умолкнут птицы,
А я дороги прокляну
И оборву прощальный взгляд –
Слегка растерянный и тёплый –
Веранда, лето, связки воблы –
Нет-нет – нельзя смотреть назад.
Пространство режущий засов
Вздохнёт и лязгнет виновато,
И в солнце нет уже ни ватта,
А я – лишь череда часов –
Дышу на стрелки – тороплю...
Как черепахи дни до встречи.
Вгрызается ночами в печень
Разлуки ненасытный клюв,
Но жизнь – кощеева игла –
Скребёт настойчиво подвздошье,
И темнота лицом бульдожьим
В пустоты комнаты легла.