...А там, внутри, где выгоревший смех
присох коростой к бледному живому,
скребётся серой бабочкой в стекло
дыхание, дыхание, ды... ха!

Ты думаешь, что мир один на всех,
впадаешь в этот мир, как будто в кому.
А я в ладонях комкаю тепло.
Один на всех... какая чепуха.

Он только мой. С изгибами ветвей,
пускающих побеги мне под кожу.
Их чёрная артритная тоска
пульсирует, врастая в миокард.

Горячий шум намешанных кровей
предаст тебя, медлительный прохожий.
Здесь места нет блаженным чужакам,
червовым королям с краплёных карт.

Опомнится засохшая трава,
а ветер, этим шорохом разбужен,
на тень твою нашепчет... И вода
свинцовой рябью дёрнется у ног.

Сотрут закат ночные жернова,
и ты ко мне... ко мне... скорее, ну же...
потянешься, врастая навсегда
в предсердие податливым вьюном...