По осени я Господа спросил:
Зачем мне, Боже, не хватает сил?
Зачем грачи галдят со всех сторон?
Во мне откуда этот медный звон?

Под песню ветра в предрассветный час
Звенит озябших веток перепляс,
И, отражая стынущий зенит,
Оконное стекло едва звенит.

Забронзовевший лиственный конвой,
Звеня, кружит над самой головой.
Звеня, летит, и падает, звеня,
Вокруг меня и впереди меня.

Звенит с утра больная голова,
В которой мысль запнулась о слова,
Лишь звоном докатившись до ушей,
С ней пустота звенит в моей душе.

И где-то в предначальной глубине
Мерцающий ответ явился мне:
Живут в тебе чужие голоса,
Поют тебе чужие словеса.

И всё, что этот хор стремится спеть,
Сливается в надтреснутую медь.
Срывается на дискант голос твой
И пятаком звенит по мостовой.

И я взмолился на ночном посту:
Ты отжени чужую суету,
И, Господи, во мне благослови
Святую тишину Твоей любви.