В черно-серой земле жизни вроде бы нет...
И ладонь не приемлет тепла.
Но распят на снегу фиолетовый свет,
И сугроб у забора безглав.
Тени так коротки, но закаты длинней,
Запах талой воды, как вино...
И не вижу совсем пробегающих дней,
Впрочем это немудрено.
Я весной не похожа сама на себя,
Может птица, а может быть мышь,
Звезды в небе, как стая смешных жеребят
Чуть коснулись оттаявших крыш.
И внутри, где-то сразу под левым ребром
Тянет сладко и больно, слегка,
Вроде эту весну выжег кто-то тавром
Тот, смотрящий всегда свысока...

Мне бы просто - к реке, чуть примять сухостой,
И вдохнуть, и услышать, и спеть...
Стать глупее стократ, бабой-дурой простой
И счастливой потом умереть