Уходит во поля Федорин клин посудный,
Ведёт его вожак — рукастый медный таз.
Стиральная доска — тоска хозяйских будней,
Вибрируя, парит, ребриста и чиста.

Семейство чугунков, тяжеловесно-чинных,
Содружество ковшей... непарное ведро...
И примус, деловой, как истинный мужчина,
По обе стороны выравнивает строй.

А где-то на восьмом, в почти пустой "однушке"
(ей взять позволил зять сервиз и самовар),
Вздыхает у окна печальная старушка,
А за окном — пустырь. И Новая Москва.