Злится, ведьмачит пурга-карусель,
март провожая. Вьюжит…
Щедро плеснула молочный кисель
в солнечный вермут в лужах.

Днём разливался оранжев и свеж,
хоть зачерпни - напиться!
Вечером стало без тёплых одежд
холодно. На ресницах
.
бисер снежинок. И ждёт за окном
чашка с горячим чаем.
Мама! опять мне о ком-то родном
грустно грачи кричали.

Звали любимых из дальних сторон.
Вторил им лес тоскливо.
Видишь - беру свой привычный разгон,
что мне терять, красивой!

Снова под белой коростой вода
пленницей в льдины бьётся.
Ель над рекой, как усталый солдат,
дремлет. Назавтра солнце

крыши согреет. Заплачет зима
и зазвенит капелью.
Птичьи следы, словно строчки письма
к ночи сотрёт метелью.