Морозной ночью жернова трещат,
в муку трут свет луны.
Из дома вышагни, —
чернее чёрной ночи, при свечах,
белеет он по небу снежной вышивкой:
нетороплив, уверен (лёд и пар),
подверженный рождественским событиям,
шагает, колядует друг-декабрь.

Тебе и нам из темноты завидуют
ушедшие навечно из избы:
немые, бестелесные, безгласые.

Пришли погреться, предков не избыть,
не испугать собачешной напраслиной.

Стог сена вспыхнул — время баловать,
кружиться хороводом возле пламени,
ты, мы, они, — выкрикивать слова,
дурачиться до скорого, до главного.

Спешим скрипучей сверкостью домой,
декабрь опережаем, снегу радуясь.
Снят полушубок, шубку прочь, долой.
Пузырь окна, звезда. Случится в августе.

Не в этом ли Рождественская суть?
Жизнь непрерывна — в осень будет маленький.
Колядки за окошком, в пятках зуд: —
Бежим, скорей!, —
Танцуют ноги в валенках.