r«Любимых убивают все…»
© О. Уайльд

...ненаходимая земля
моего счастья,
причастие
жаркого солёного ветра.
«...не думай ни о чем,
не думай,
не думай…
не противься беззвучному зову…»

соль
на губах, на ресницах, на коже щёк.
сон,
будто крайняя веха,
о которой не знаю,
изнанка
знакомой вселенной.

ещё,
ещё,
одно за другим
наплывают видения —
сизым туманом с окрестных болот,
сыростью, холодом,
гулким эхом шагов по плитам собора.
свечные дрожащие огоньки — островки желтоватого света.
надтреснутый звон монеты,
упавшей в щербатую кружку
из тонких пальцев —
предвестием немоты.

и ты
будто сошёл
с выцветшей фрески —
нездешний, нерезкий —
призраком, чуждым каждому из миров:
бродяжью душу не запереть,
её уносит с собой
любой
сквозняк,
залетевший случайно
в неплотно прикрытые створки дверей.

оборот.
взгляд.
расплывчатый абрис луны,
мерцающей в спину,
силуэт на стене.
несколько слов на рокочущем языке
(если знаешь,
если произнесёшь ровно в полночь)…
и… мой…
не отпущу, не покину —
хочешь ты этого, или...

на изнанке изнанки
с нами ночь,
бесконечная ночь нигде.
в ней звёзды,
что дрожат, отражаясь в воде,
в ней нагретые острые скалы,
прозрачная глубина.
у берега звери, чьи клички не хочется вспоминать
и птицы, чьи крики впервые слышим.

ты убираешь за ухо непослушную прядь,
шепчешь: «тише, тише…»
вижу, чувствую, проживаю
лучший из снов.

и в моих волосах вновь
запутывается ветер,
которого
здесь
нет.