По наваждениям своим — как по мосту…
М. Цветаева


Дракон взлетит в такой-то день и час.
Сбегутся люди поглазеть со всей округи,
до темноты, толкаясь, проторчат
и разойдутся — господа и слуги.
А ты, хоть надпись в шутку написал,
еще сидишь на теплой черепице:
он, может быть, запутался в усах,
а может, просто превратился в птицу —
ворону или даже воробья,
попрыгал вдоль пруда, взлетел на крышу…
И пахнет мятой горьковатый яд,
и по губам бежит его излишек;
все гуще и темней ночная тушь,
луна течет полупрозрачным воском.
Ты со слепцом столкнешься на мосту,
и вымысел просыплется на доски.
Останется лишь ночь — ни звезд, ни снов,
ни сладких слов, ни вычурных мелодий.
Хоть грязь и пыль никак не счистить с ног,
но ты легко как будто бы уходишь,
сквозь город видя далеко вперед.
А утро все никак не настает.

По мотивам истории из «Рассказов, собранных в Удзи», свиток 11, рассказ 6: «Про монаха Эин и про дракона из пруда Сарусава».