На гладкий лоб волны скользит луна,
Шлифуя взглядом выпуклость до блеска.
И пусть волну поглотит глубина,
Она вольна построить арабески
Из пенных кружев, и сломать узор,
И начертить изящный иероглиф,
И вновь сломать - потешить лунный взор,
И дерзновенно диктовать апокриф
О строе мирозданий и времëн
На никому не ясном диалекте,
Барашково-ворчливо: "кто влюблëн?" -
Поспорить с ветром в призрачном дуэте
О серебристой лëгкой кисее,
Рождëнной настроением светила,
Укачивая много долгих лье
Прозрачный бок подлунного эфира.
Ловлю стихию кончиком пера,
Но рифмой не догнать жемчужных зайцев -
Их ловко скроют в облаке ветра
От алчной воли смертного скитальца.
Они ж меня поймали... Как малька...
Пассажи лëгких кружев, арабески
В рисунках брызг: их плавный план лукав -
Игра блесны на незаметной леске.