И океана синевой подхвачен
скользящий, перламутровый, прозрачный
след на воде, след на его щеке —
мерцающая в мареве горячем
родная тень по-прежнему маячит,
не тая, на береговом песке:
и год от года ваша связь прочнее.
Но горизонт манящий голубеет
хрустальными дворцами миражей —
и вечность, скрытая туманным шелком,
всё временное обратя в осколки,
потребует служения и жертв —
блистающих, слепящих, благодатных.
Себя одолевая многократно,
нырнешь в ее живую глубину —
и нить привязанности, дальше не пуская,
сквозь сотни ли вдруг вспыхнет, засияет
забытой клятвой: «Я к тебе вернусь!»