Я стою над рекой, забывая, кто я такая.
Ветер спину целует реке, и она утекает.
Ивы держат меня, я сплетаю из веток хаос.
Ивы плачут, что мало души у меня осталось.

Это бред или смерть? Если сон, то он слишком долог.
Я могла бы вернуться домой и кормить перепёлок.
Или плыть по реке, в последние тени одета,
Чтобы листья накрыли глаза, словно две монеты.

Ни туда ни сюда...
Стою, где меня не искали.
Даже пальцы мои на ветру вырождаются в камни.
Если ветер сипит в голове и поёт визгливо –
Забываю, что муж ходит к женщине с красной гривой.

Эта женщина мужу заварит лихие травы.
Левый глаз у неё словно снег, и затмение в правом.
Станет платья мои надевать, скажет – славно сели.
После яйца моих перепёлок добавит в зелье.

Я стою на краю. И мать бы меня не узнала.
Ветер песню свою в голове начинает с начала.
С ним пою ни о чём, ещё перепёлками брежу.
Кто я? Где я? Откуда? Об этом помню всё реже.