Всё, что кроме – всё неважно, шелуха.
В безмятежном свете дачной алычи
ты, нахохлившись, по-птичьему тиха.
Не молчи.

Расскажи мне, сколько будет дважды два,
уведи от края пропасти во ржи,
где звенит-поёт-колышется трава,
и по ком ей так тревожно – расскажи.

Годы стаей словно вороны кружат.
Я сейчас умею слушать. Слышишь, мам?
Раздели со мной печали и закат:
с полуслова, с полувзгляда – пополам.

Повтори, что все проблемы в голове,
алычовое варенье лечит грусть.
Хочешь, вместе приготовим оливье –
я запомню все секреты наизусть.

Помню, злилась: разговор какой пустой –
про цветы да огурцы, про мятный чай…

Мам, давай проговорим ещё лет сто?
Обещай.