Я боялся учительниц школьных,
Педиатров в белых халатах,
Управдомов и судей футбольных,
Военкомов и бюрократов.

Уходила душа моя в пятки,
Когда видел коррупционеров,
Нарушителей правопорядка,
Ветеранов и пионеров.

Опасался глупых и умных,
От красавиц сбегал поскорее,
Обходил стороною гуннов
И остерегался евреев.

Дрейфил, помнится, адмиралов,
В подземелье пугался чекистов;
То и дело очко играло
От народных киноартистов.

И весёлых боялся и хмурых —
Аж мороз подирал по коже,
Я шарахался от культурных,
Да и от некультурных тоже.

До сих пор жутковато бывает,
Когда выйдешь в открытый космос,
(Специальность моя такая,
Поменял бы? Боюсь, что поздно).

Глянешь вниз — мутит неприятно:
До Америки падать долго;
Побыстрее влезаю обратно
С чувством выполненного долга.