Закат бывает особенно неплохим,
Если ехать по дамбе со спуска, минуя Кронштадт,
По двум сторонам - соискатели свежей ухи,
А вы себе едете мимо, глядя в закат.
Такого, как здесь, не увидишь, наверно, нигде:
Белым золотом - шлем исполина у вод*,
А закат светло-розов, струится в жемчужной воде,
Сиянием реет сквозь северный небосвод.

Вы гля́нете на ходу, может раз-другой,
И тогда озарится всё светом долгого дня, -
А в душе что-то выгнется, словно дамба, дугой,
И мечтою заговорит, как струна звеня.

Рыбаки - те иные, не пропадут нигде.
Рыболовы глядят и млеют: какой поплавок?!
Какие поклевки, когда к тебе
по воде
Закатный всполох
последнего солнца идет?
Идет прямо в сети!
Придут домой рыбари,
Подойдут к ним дети,
жена и другой народ.
Достают они банку,
в которой закат горит
И все, замолкая, смотрят.
А рыба - не в счет.

* - Морской, самый величественный собор Кронштадта, говорят, копия разрушенной Византийской Софии.