«Срите давайте» – конечно, давно не тема, но
сценарий запомнится критикам и врачам.
У Ангелины на поводках три демона:
тянут в три разные стороны и ворчат.

Первый достался в наследство от буйной тётушки
(вместе с долгами, полцарством и топором):
тянет на подвиги так, что добра не ждёшь уже –
выйдешь из платья на площадь… а там народ.

Двое других – привет из трущоб окраинных,
братцы-щенята, сосавшие суку-смерть.
«Час на прощание с детством тебе украли мы,
если готова, то можешь ещё успеть».

Геля прощается – с куклами и обидами,
с первыми книжками, мишками на тахте,
страхом, стихами, иллюзиями разбитыми.
Крибле и крабле, и грабли всё те же… те.

Неожиданно хочется выкрасить школу в розовый,
сжечь все учебники и прогулять физру.
Демоны метят стихи и разводят прозу, и
смотрят в хозяйку
как в зеркало.
И не срут.