Будет когда-нибудь выбор:
вечная осень или одна весна;
завтра равнина или сегодня грабен.
Час долгожданных ошибок,
в коем вся правда будет обнажена,
познана, сказана вслух, объята и сожжена,
и до шипенья затушена крупным градом.

Тлеют осенние будни, -
старый мольберт, гуашь, искривленный шкаф,
Ушко от кружки с каплями кофе с кровью.
Было, прошло и будет:
наспех зашитый черным его рукав
белой рубашки; красные строки глав
в рваной тетради, брошенной к изголовью.

Это опять не о чем-то, -
какие-то двое блуждают в своем миру,
но выбирают как дОлжно себе равнины.
Снова одна девчонка
жаждет весны, придуманной поутру
старого лета, и становится не к добру,
мягче растопленного пластилина…

Девочка редкая дура.
Сыром плавленым видятся облака,
и облепиховым маслом лучи за ворот, -
радужный мир сумбура.
Ей померещилась рядом его рука,
и она всесильна стала и высока,
построив себе ненужный песчаный город…