Безлюдный бар «Русалка и моряк»,
петляющая к берегу дорога.
Оливы на ухоженных полях
и грозди винных ягод у порога.

Мы были там - тогда, в эгейской тьме,
где лепестки на скатерти желтели,
где ты опять не смог поверить мне,
и наш роман ужался до недели.

Теперь ни винограда, ни маслин.
Здесь север, друг (не жалуйся, держись там).
Здесь из асфальта рельсы проросли
и прогремел трамвай, побитый жизнью.

Живём, порой грустим, растим детей.
Все прощены, и никого не жалко.
В стеклянном шаре - тихая метель.
И в ней моряк, и море, и русалка.