Никакой я тайны не открою. ни на что тебе не намекну. Лишь гитарный корф побеспокою, положу на звонкую струну сон, какой мне часто будет сниться в навсегда закрытой тишине: ты, такая юная, и птицы, небо заскучавшее по мне, ветра неспокойные ладони и дождя бесхитростного плач. Ветер за окном о чём-то стонет. В ало пламенеющий кумач рвётся белый цвет из сонных вишен буйно, беспредельно, напролом. Я уверен: ты мой сон услышишь, и сейчас услышишь, и потом...
