Притягивает, тянет, тяготит.
Ты почему-то думал, что с орбит
не сходят те, кто в небе смог прижиться,
что главное — достичь больших высот,
а дальше — невесомость и полёт.

Но втянет круг обыденных традиции,
где сила эм умноженной на же
тебя не пустит выше этажей
заоблачных, а всё же приземлённых.
Быт спеленает пёстрым полотном.
Да, можно выйти из себя в окно:
один, два, три — и обнимают кроны.
Но этот метод выхолощен, груб.

Земля притянет. Ты посадишь дуб.
Там кот учёный самозародится,
и самовозродится князь Андрей.
Ты будешь жить под мерный гул речей
про тишину и ордена в петлицах,
про свет в окне и яблоневый цвет.
Жизнь сложится в устойчивый сюжет.
Подумаешь: пора остепениться.

Почти решишься. Но споёт: «Тик-так», —
старуха время — твой извечный враг,
и отберёт, крупица за крупицей,
уже родную почву из-под ног.
Прошепчет: «Кроме неба нет дорог».
Завоет ветер, заиграют трубы.
И, потеряв привязанностей нить,
ты будешь скучно над землёй парить,
мечтая угнездиться в кроне дуба.