А снег в одночасье окрасился в серый
среди поседевших берез.
“Ты знаешь, я платье дошить не успела.’’- твердила девчонка.
Без слез, без истерик,
повязку поправив,
смеясь называла -фата.
Ещё, что немного от боли устала.
В бинтах умирала сестра.
А солнце садилось израненой птицей.
И поезд тянулся сквозь ночь.
Вагоны глотали ночные зарницы.
И страх не могли превозмочь.
Всего восемнадцать, стучали колеса.
Ну скоро же будет весна, доживи...

В холодной квартире на Зингере шилось
ей платье всему вопреки.