Не сон, не явь, а так, какой-то морок.
Мерещится? Спросить бы у кого...
Ко мне приходит женщина под сорок
в лиловом платье с длинным рукавом.

Серебряно бренчат её браслеты,
и тонким пальцам тяжко от колец.
Вдыхает сладко горечь сигареты.
Бледна, прозрачна, будто не жилец.

Гадает мне на картах, не спросивши,
опять пустые хлопоты сулит.
Глядит в окно на сгорбленные крыши
и шепчет что-то. Может, из молитв.

Холодный день бесцветен и аморфен —
она всегда в такой приходит день.
И я варю ей скверный чёрный кофе,
замешанный на утреннем дожде.

Она давно отчаялась согреться,
и кожи перламутровая стынь
испорчена следами от инъекций
сезонной дряни под названьем сплин.

В туманной взвеси спрятан целый город.
Бессмысленны и долги вечера...
Ко мне приходит женщина под сорок —
обычная предзимняя хандра.